Центр развития снукера

Баннер
Баннер

ВСЕ ДЛЯ БИЛЬЯРДА

Баннер

Ронни О'Салливан - Несчастный Король снукера. Часть 3

Автор:  |   |  1775

Ронни О'Салливан - Несчастный Король снукера. Часть 1

Ронни О'Салливан - Несчастный Король снукера. Часть 2

Вечером после победы над Лайнсом О'Салливан ужинал в Тото, итальянском ресторане в Йорке, вместе со своим менеджером Гэри Смитом и другом из Глазго Чиком Гурлэем. О'Салливан был в хорошем настроении. Он флиртовал с официанткой и заказал стейк. Его лодыжке полегчало, и он нашел пару черных кроссовок, которые лучше сочетались с его костюмом.

Ронни О'Салливан

"Прямо сейчас я чувствую себя хорошо", - сказал он. - "Я чувствую себя игроком в снукер снова". За соседним столом со своими друзьями ужинал хитрый ирландский игрок Кен Доэрти, который выиграл титул чемпиона мира в 1997 году. Доэрти и О'Салливан знают друг друга с тех пор, как Доэрти в возрасте восемнадцати лет стал членом клуба профессионалов в снукерном центре в Илфорде (пригородном районе Лондона).

О'Салливан на шесть лет моложе Доэрти, ездил в этот клуб на автобусе, чтобы поиграть после школы. Это были поздние восьмидесятые - пик снукера, а Ронни был вундеркиндом в этой игре. Он выиграл свой первый турнир в возрасте девяти лет и сделал свой первый сенчури в 10 лет, а его пухлая мордашка не сходила с обложек снукерных журналов. Он торчал в клубе в Илфорде: юный и сквернословящий, а его дни за столом, обеспечивались, казалось, безгранично поставляемыми пятифунтовыми банкнтоами от его отца, Ронни старшего, который разбогател, запустив сеть секс шопов в лондонском районе Уэст-Энд.

"Иногда он просто улыбается, когда ты играешь", - сказал мне Фин Руан - один молодой ирландец, бродивший вокруг клуба. Отца О'Салливана можно описать как симпатичного, коренастого человека, у которого всегда наготове пара отличных шуток. "Ron’s the name, porn’s the game" – говорил он как-то раньше, шутливо перефразируя фразеологизм "The name of the game" (знач. - самое главное).

"Если он входил в комнату, а там было двадцать человек, то он всегда покупал 20 чашек чая, чтобы угостить всех", - вспоминает Доэрти. - "И никто не держал в это время свои руки в карманах. Это было бы оскорблением".

Люди любили Ронни старшего, и никто не перечил ему. Он сказал всем, что его сын собирается стать чемпионом мира. Его дяди был боксерами, и он учил своего сына думать, как они: "Оторви ему башку", "Не дай себя ударить", "Fuck их, сынок".

Финн Руан вспоминает: "Я помню, как его папа играл в карты, а кто-то сказал: "Рон, твой ход". А он не реагировал, а просто смотрел в это время на своего играющего малыша Ронни. Он просто любил его, любил наблюдать за ним".

Молодой О'Салливан боготворил Стива Дэвиса, который был чемпионом в то время. Он носил такой же жилет, как у Стива, без ремешков-утяжек. Когда ему было девять лет, О'Салливан услышал однажды. как Билл Кинг, отец одного из его соперников-юниоров, сказал, что Дэвис никогда не уйдет из снукера, и это показалось ему глубокой истиной. В отличие от других игроков, которые полагались лишь на подкрутку backspin, чтобы поставить биток в нужное место для следующего удара, Дэвис играл совершенно противоположный этому topspin и использовал борты, чтобы играть дольше и более изобретательно. Это было более рискованным и технически более сложным, и часто его биток останавливался на несколько дюймов ближе к шару, чем планировалось, но это того стоило. Когда О'Салливан, наконец, победил Доэрти на местном турнире, он решил стать профессионалом. "О, что это был за день", - сказал он мне. " Я все сделал. Я использовал борты. Я обошел Кена. Я играл на уровне, и, черт возьми, мне это все приглянулось".

В Тото тем вечером за соседним столиком двое парней разговаривали о Гоффсе в графстве Килдэр, где проводился турнир Irish Masters. В 1998 году О'Салливан победил Доэрти в финале, но был лишен титула спустя несколько недель, поскольку Ронни съел пирожок с гашишем и не сдал тест на наркотики. О'Салливан вспоминает, что это было очень красивое место для турнира. "Все тогда привозили сюда своих жен", - сказал Ронни, качая головой. "Просто прекрасно".

На следующий день, в матче третьего раунда на чемпионате Великобритании 2014, О'Салливан обнаружил, что уже может двигаться более свободно. Он выиграл со счетом 6:2 у Бена Вулластона, занимавшего тогда 27-ое место в мировом рейтинге. Вулластон в том матчем смог заполучить инициативу в третьем фрейме, но потерял самообладание.

"Я ощущал некоторое смущение, находясь там", - сказал Ронни позже. В следующем матче О'Салливан сыграл с 29-летним Мэттью Селтом, который был разгромлен в пух и прах. Как только О'Салливан вышел вперед в счете 4:0, он занялся максимумом. Максимум в снукере – это самый крутой брейк, который можно сделать: пятнадцать красных, пятнадцать черных и остальные цветные — сто сорок семь очков за один подход к столу. Это по крутизне как Хол-ин-уан в гольфе (попадание в лунку с ти-бокса) или как идеальная игра питчера (питчер - в бейсболе игрок, который бросает мяч с питчерской горки к дому, где его ловит кетчер и пытается отбить бьющий – прим. Snooker.by).

Джо Дэвис, непобедимый чемпион мира по снукеру с 1927 до 1946 года, сделал первые официальные сто сорок семь в 1955 в возрасте пятидесяти трех лет. О'Салливан сделал свой первый максимум, когда ему было пятнадцать. В матче против Селта он сделал рекордный в истории и своей карьере 13-ый максимальный брейк – это на два больше, чем у другой легенды снукера Стивена Хендри.

"Ничего особенного", - сказал мне позже О'Салливан. "Если бы он играл хорошо, то я не смог бы ничего сделать".

Продолжение следует…

Перевод: Надежда Белянская.


<< Назад